вторник, 6 декабря 2011 г.

В присутствии Марины Абрамович


Бывают женщины красивые. Бывают умные. А бывают фантастические. Именно это определение больше всего подходит Марине Абрамович, культовой югославской художнице, новатору в жанре перфоманса, создательнице искусства, которое физически и психологически становится испытанием как для нее самой, так и для ее зрителя. К исследованию границ творчества и собственного «я» мы приступили в Центре современной культуры «Гараж» (Москва), где состоялась выставка «В присутствии художника» – крупнейшая ретроспектива работ Марины.

От тела к делу
Выставка в «Гараже», включающая около пятидесяти работ созданных на протяжении четырех десятилетий (аудиофрагменты, видеоработы, инсталляции, фотографии, сольные и групповые перформансы) дает достаточно полное представление о творчестве Марины и делится на три логических блока. Первый посвящен раннему периоду творчества художника в Белграде (1969–1975), во втором разделе выставки экспонируются совместные работы Абрамович и ее спутника художника Улая, третья часть выставки посвящена персональным работам Абрамович, приходящимся на период 1995–2005 годов. Также есть последние работы Абрамович, созданные в Нью-Йорке.
Выставку современного искусства трудно представить без куратора. Куратором выставки «В присутствии художника» стал Клаус Бизенбах – директор центра MoMA PS1 и старший куратор специальных проектов Музея современного искусства Нью-Йорка (MoMA). В качестве старшего куратора отдела Бизенбах реализовал ряд новаторских проектов, в том числе запустил цикл выставок, посвященных искусству перформанса, серию регулярных семинаров для художников и кураторов, а также пополнил коллекцию музея новыми важными произведениями медиаискусства.
Несколько знаковых произведений художницы в течение всей работы выставки исполняли отобранные Мариной Абрамович в России молодые люди – «реперформансисты». А некоторые экспонаты можно было не только увидеть,  но и испытать на себе. Так, например, все желающие могли по лестнице забраться на своеобразную металлическую конструкцию и, улегшись на нее, почувствовать энергетические токи из космоса. По словам смотрительницы, далеко не все посетители шли на этот рискованный шаг, но те же, кто решался, были вознаграждены – не знаю, как насчет токов, но сама необычность ситуации позволила испытать довольно интересные ощущения.
Переходя из зала в зал, просматривая видеоработы и фотографии, мы все сильнее проникались обаянием и харизмой Марины Абрамович, становились частью ее мира. Мира, в котором переживания подлинны, чувства глубоки, а решительность необорима. В котором каждый художественный жест выглядит честно и четко, бескомпромиссно и бесповоротно.

Одержимая. Святая...
В одном из ранних перфомансов Марина Абрамович разместила на столе семьдесят два предмета, среди которых были ножницы и пистолет с одним патроном, и позволила зрителям использовать ее тело и выполнять с ним любые действия этими предметами. К концу перформанса вся ее одежда была искромсана, а тело порезано и разрисовано. В другом проекте Марина отправилась в путь по Великой Китайской стене, чтобы встретиться на ее середине со своим спутником жизни Улаем, и затем расстаться с ним навсегда. В третьем – отправила вместо себя на открытие своей выставки проститутку, а сама в это время на несколько часов заняла ее пост с равнодушным видом. Все, что она делала, было шоком. Но это было и посланием о чем-то очень важном, только искренность – никакого эпатажа. 

Марина Абрамович родилась в Югославии в 1946 году в семье героев войны, коммунистов и «карьеристов», как позже скажет художница, но воспитанием ее занималась глубоко верующая православная бабушка, на дух не переносящая коммунизм – так, уже в детстве в мире Марины было соединено несоединимое. В конце 1960-х начались ее эксперименты со звуком и пространством, а в 1970-х она стала использовать собственное тело как объект своих работ и мощное средство самовыражения. Началась серия продолжительных перформансов, многие из которых несли в себе протест против политического климата Югославии. Когда Абрамович было двадцать девять лет, она покинула Югославию и уехала из Белграда в Амстердам. Здесь она познакомилась с художником Улаем, совместная работа с которым продлилась двенадцать лет.
Слияние и противостояние мужского и женского начал, максимальная внутренняя цельность пары – этому и не только были посвящены их работы. Так, например, в перфомансе «Вдох/Выдох» 1977 года они дышат друг другу рот в рот, обмениваясь одним и тем же воздухом, пока не теряют сознание от кислородного голодания. А в перфомансе «Энергия покоя» 1980 года ключевым становится вопрос доверия: Улай целится в сердце Марины отравленной стрелой натянутого лука, и оба они удерживают равновесие стрелы весом своих тел. Напряжение усиливается за счет все ускоряющегося звука биения их сердец, который слышен зрителям благодаря подсоединенным к художникам мониторам.
 В 1990-е годы, во время конфликтов на Балканах, Марина Абрамович сделала несколько персональных работ, в которых по-новому осмыслялся культурный опыт свой собственный и своей страны. В 2000-х годах, поселившись в Нью-Йорке, Марина занялась исследованием возможности повторных перформансов как способа показа и сохранения этого вида искусства, она повторяла свои ранние работы и перформансы других художников. Кроме того, в это время был создан и ряд оригинальных работ, например, перфоманс «В присутствии художника» (2010 год) заключался в том, что Марина просто сидела за столом, и любой желающий из зрителей мог сесть напротив и смотреть ей в глаза сколь угодно долго.
В этом году Марина приняла участие в опере «Жизнь и смерть Марины Абрамович» со сценой собственных похорон, поставленной по мотивам ее биографии Робертом Уилсоном с участием Уиллема Дефо в рамках Манчестерского международного фестиваля.

Лицом к обнаженной
С самого начала карьеры в Белграде в 1970-е главным объектом перформансов Абрамович было ее собственное тело. Стремясь изучить его границы и возможности, она переносила боль, усталость и опасности в поисках эмоционального и духовного преображения – как-то даже вырезала бритвой звезду у себя на теле и лежала на льду с кровоточащей раной. «Тело – это материал, а перфоманс – это способ сказать что-то», – утверждала художница. Зачем были нужны такие радикальные меры? Боль, сильные чувства меняют сознание, считает Марина, – чтобы освободиться от своих переживаний, страхов и комплексов, необходимо смело посмотреть им в лицо.
Главный из страхов – конечно, страх смерти, и его преодолению посвящен основанный на тибетских буддийских практиках перформанс «Обнаженная со скелетом» (2002–2005/2010), во время которого Марина «оживляет» лежащий на ней скелет, своим дыханием заставляя его двигаться. Именно обнаженное женское тело в форме звезды воплощает, как считает Марина, такие категории как страдание, одиночество и духовные поиски. Это отчетливо просматривается в перфомансе «Свечение» (1997/2010), который представляет собой как бы парящую на высоте двух метров обнаженную женскую фигуру.
Илья Петровский в статье «Тело как искусство» отметил, что искусство для Марины Абрамович – это особый ритуал, сродни религиозному, и с ним трудно не согласиться: «…не случайно подготовка к нему – даже более ответственный процесс для художницы, чем сам перформанс. Так, уже за несколько месяцев до перформанса «В присутствии художника» она погрузилась в медитацию для очищения сознания, стала вегетарианкой, делала физические упражнения, чтобы подготовить тело к неподвижному многочасовому сидению на публике. «Я ела определенные продукты, чтобы не ходить в туалет по семь часов, приучила себя спать небольшими отрезками времени по ночам. Это было очень трудное испытание: спать, просыпаться, пить, ходить в туалет, тренироваться, опять спать, опять просыпаться и так до бесконечности».
Особую роль во всем творчестве Марины Абрамович играет энергия, с ее помощью создается такое энергетическое поле, в котором зритель просто не может не быть «здесь и сейчас».










Motorama: между мужеством и иронией

В 2011-м году эта перспективная ростовская инди-поп группа выпустила сингл «One Moment», отыграла больше двадцати концертов в ходе европейского турне, вошла в лайнапы фестивалей Stereoleto (Санкт-Петербург), Exit (Сербия), Пикник «Афиши» и Strelka Sound (Москва). В творчестве музыкантов сквозь камерный монохромный саунд, холодный вокал, механические ритмы и мелодичные гитарные партии угадывается глубокое и честное содержание. Об этом и не только мы побеседовали с фронтменом motorama Владиславом Паршиным.

Фото из архива motorama




воскресенье, 30 октября 2011 г.

Катарсис. Притон. Гордон


Интеллектуал, журналист, провокатор, а теперь еще и режиссер Александр Гордон представил в Ростове-на-Дону на закрытом показе свой новый фильм «Огни притона». Желающих погреться у огонька набралось немало, и пресс-секретарь кинотеатра «Киномакс-Дон» Татьяна Надточиева едва справлялась с потоком журналистов, киноманов и тусовщиков. 
Александр Гордон на пресс-конференции в Ростове-на-Дону. Фото автора
Одесса. 58-ой
Как рассказал Александр Гордон, кино вышло спустя четыре года после того, как было снято, задержка произошла из-за кризиса. Фестивальная история фильма небольшая, но яркая: в программе последнего «Кинотавра» новая лента получила звание «самого красивого фильма фестиваля», на Владивостокском кинофестивале ей достался приз зрительских симпатий, а на Одесском международном кинофестиваля «Огни притона» стали фильмом закрытия, что тоже почетно.
«У меня есть глубокое убеждение, что относиться к этому фильму как к реальной истории, как к кондовому реализму, не стоит, – считает Александр Гордон. – Имя главной героини Любовь аллегорично и метафорично, люди, которые ее окружают – это миражи и маски».
"Огни притона". Люба и Адам. Кадр из фильма
По сценарию Любовь – настоящая крепкая селянка, и когда отец режиссера и сценарист картины Гарри Гордон узнал, что Александр пригласил на главную роль Оксану Фандеру, он возмутился: «Нет, ты что творишь! Она же худенькая». «Но я понял, что никого другого снимать не хочу и очень быстро убедил в этом отца, – рассказывает Александр. – Других персонажей набирал уже в соответствии с тем, кто играет главную роль». По словам режиссера, среди продюсеров – огромное количество мужчин, которые влюбились в Оксану Фандеру. А вот что рассказывает сама Оксана: «Я попросила у неба съемок в Одессе. И, похоже, улучила нужный момент. Через некоторое время мне позвонил Александр Гордон и предложил прочитать сценарий. Я его прочитала. Последняя страница перевернула всю историю и мою душу. Это было написано, как дыхание. Я понятия не имела, как это играть. И поэтому пошла. Гордон сказал: «Если Вы откажетесь, я снимать это кино не буду».
Алексей Левинский, сыгравший роль полусвятого, полбезумного Адама, вообще актер театральный и в кино не снимается. Когда Александр Гордон позвонил ему и сделал предложение, он вежливо отказал. Тогда Гордон пошел на хитрость и попросил Левинского почитать сценарий и дать советы. На это он согласился, и когда режиссер связался с ним в следующий раз, Алексей просто спросил: «Когда съемки?»
Александр Гордон и Гарри Гордон на съемках фильма "Огни притона"
http://seance.ru/blog/kinotavr-2011-gordon/
Действие картины происходит в Одессе 1958 года, в центре событий – яркая красотка мама Люба, хозяйка маленького борделя, в ее подчинении две «девочки», Зинка-Гитлер и Зигота. Время выбрано не случайно – это первый год Оттепели, когда новая идеология еще не появилась, а старая уже исчезла. Это время, когда впервые за всю советскую историю человек оказался более-менее сам себе предоставлен. «Это безвременье, а раз безвременье, значит, можно говорить о каких-то более глубоких, бытийных вещах, свойственных не только 58-му году, но и жизни человека вообще», – подчеркнул Александр Гордон. 

Трижды романтическая проститутка
На пресс-конференции Гордон отметил, что в России нет критики, и дискуссия после показа подтвердила его слова. Гости, которые по задумке должны были высказывать мнения «против» картины, обоснованного суждения так и не сформулировали, в основном вся критика сводилось к тому, что после фильма мрачно на душе или что он недостаточно развлекательный. А вот среди мнений «за» были и интересные, например, Ольги Анатольевны Джумайло, преподавателя факультета филологии и журналистики Южного Федерального университета. На сакраментальный вопрос Гордона «Про что кино?» она ответила: «Фильм для меня лично однозначно позитивный. Он про жизнь. Перед нами женщина, которая переживает самый разнообразный опыт, в том числе тяжелый, но у кого он легкий? Наша героиня способна чувствовать эту жизнь, чувствовать и видеть других людей, находить с ними точки соприкосновения, испытывать радость. Можно анализировать какие-то детали, фильм не такой уж простой, совсем не чужд европейским кинематографическим традициям. Но на самом деле эта кинолента о том, что надо продолжать жить, для меня ее месседж – это вечная тема ранимости человека, прощения и милосердия».
Мама Любка - Оксана Фандера. Фото Кристиана Жереги
Это восприятие близко нашему. Как мне кажется, фильм «Огни притона» о человечности и жестокости, о том, что значит быть человеком вообще. В фильме много унижений: одесские студентки глумятся над Адамом, с которым так любит разговаривать у моря Люба, жители деревни, в которой живет мать героини, издеваются над самой Любовью, когда она к своей матери приезжает. И на фоне этого еще более пронзительно звучат слова главной героини: «Мне очень жалко людей, особенно всех». Категория жалости для русских вообще особенная, издревле у нас говорят: «Жалеет, значит, любит», и, возможно, в этом и есть пафос «Огней притона»: полюбить всех душевных сил не хватит, а вот пожалеть всех – силы найдутся.
Также в фильме показана ущербность стереотипного мышления. Три раза мать Любы называет свою дочь проституткой, каждый раз с новой интонацией, пройдя путь от полного отторжения к приятию и прощению. Это клеймо преследует героиню, между тем мы видим, насколько она ранима, благородна, отзывчива. А вот сын прокурора, пытающийся за ней приударить, казалось бы, из интеллигентной семьи, не заслуживает другого определения Адама, кроме как «говнистый мальчик».
В конце фильма Люба умирает. Как рассказал Александр Гордон, в сценарии написано: «Она улыбнулась и умерла». Попробуй это сыграй! Почему она умерла? «Умерла она, потому что жизнь прекратилась, ее жизнь кончилась», – считает режиссер. Люба уходит, Адам попадает в сумасшедший дом. И мы понимаем, что очень важно, чтоб такие люди жили на свете, здесь уже работает принцип «Не стоит земля без праведника», и праведниками оказываются отверженные, сносившие в этом мире издевки и оплеухи.
Интересна и тема «несбывшихся жизней», присутствующая в фильме. Мы постоянно видим детей – детей, которые могли бы быть детьми Любы. Маленький мальчик, смотрящий на нее влюбленными глазами и пришедший из других произведений Гарри Гордона – вариант ее несостоявшейся судьбы.
Также в ленте передана мелодия и образность одесского языка – помогло чуткое ухо сценариста-одессита, прожившего в этом городе много лет. Оксане Фандере было легко к нему привыкнуть, ведь она и сама одесситка. 
Зинка-Гитлер - Екатерина Шпица. Кадр из фильма
Избавление от фобий
Во время съемок режиссер столкнулся и с проблемами. Так, например, очень трудно было снять сцену в художественном музее, его распорядительница оказалась «антимоскалькой», и в музей пускать киношников не хотела. Это был предвыборный для Украины год, и два министра культуры – наш и Украины – убедить ее не могли. Когда им все-таки это удалось, она заломила такую цену, что Гордон понял, что проще «построить» этот музей, чем снимать в реальном, что съемочная группа и сделала. Кроме того, по словам Александра, очень трудно было найти Одессу в Одессе, почти невозможно. Древние застройки вырубаются кварталами, город очень сильно изменился.
Представление о зрителе Гордона закрытые показы скорректировали: «Я полагал, что мой зритель – это «двадцать пять плюс», и я был абсолютно уверен, что этих людей не много. Сейчас я вижу в залах людей гораздо моложе, я понимаю, что они приходят на мое имя, но они с фильма не уходят, и потом достаточно внятно пытаются его обсуждать».
Что нового во время съемок Александр Гордон узнал о самом себе? С этим вопросом мы обратились к режиссеру. «Я не профессионал и настаиваю на этом, – ответил он, – я дилетант. Профессионалы, хотят они этого или нет, зарабатывают деньги и должны снимать кино раз в два года, а то и чаще, они находятся все время в поиске сценария. Я могу позволить себе роскошь снимать кино только тогда, когда мне этого хочется. Побудителем становятся накапливающиеся в жизни вопросы, с годами их не становится меньше. И эти вопросы не всегда вербализованы. Тебя что-то мучает, у тебя возникают фобии, страхи, борения с совестью, а ты не можешь понять – отчего. Потом ты видишь материал, как я увидел повесть отца, и понимаешь, что где-то здесь ответ на эти вопросы, наверное, есть. Но простое чтение или размышление не помогают, ответы находятся только тогда, когда ты начинаешь работать с материалом. Я после этого фильма избавился от многих страхов. Я перестал бояться не просто своей смерти, а даже смерти близких, что меня всегда очень сильно пугало и было колоссальной частью моей психической жизни. Следующий фильм я хочу посвятить изучению умирания, когда человек понимает, что жизнь перевалила за экватор, когда он понимает, что конец неизбежен, и относится к этому не с ужасом, а начинает приглядываться к этому концу. Как меняется его жизнь, как меняется он сам, как меняются люди вокруг него? И он может совершить в этом состоянии поступок, подвести итог. Этот вопрос не мог возникнуть у меня раньше, потому что я боялся посмотреть в эту сторону».
Увидеть «Огни притона» по всей стране зрители смогут начиная с 3 ноября.
Наталья СЛОВАЕВА

среда, 7 сентября 2011 г.

Подводные люди Джейсона Тейлора


Британский скульптур Джейсон де Кайрес Тейлор, первый и главный специалист по подводным галереям, создает экспозиции, которые со временем становятся искусственными коралловыми рифами. Защитник природы, подводный фотограф и преподаватель дайвинга в одном лице, Тейлор сделал самый большой в мире музей скульптуры на дне моря, расположенный недалеко от берега Канкуна (Мексика). Мексиканские власти пошли на этот шаг, чтобы спасти коралловые рифы возле полуострова Юкатан, разбираемые на сувениры туристами-дайверами.

Единственный сын отца-англичанина и матери-гайанки, будущий скульптор провел детство в Европе и в Азии. На коралловых рифах Малайзии он проникся любовью к миру природы и, в особенности, к морю, связь с которым он сохранил на всю жизнь. Позже появились другие увлечения, далекие от океанов: подростком Джейсон занимался граффити. Благодаря этому уличному жанру, молодой человек задумался об отношениях между искусством и окружающей средой. Свои творения выпускник Колледжа искусств в Кэмбервелле в окружающую среду пытается вписать максимально гармонично.
Первым проектом Джейсона Тейлора стал подводный парк скульптур в заливе Молиньер у берегов острова Гренада в Карибском море. В 2006 году, при поддержке Министерства туризма и культуры Гренады, Тейлор из экологически безопасного бетона отлил 65 человеческих фигур в натуральную величину. Скульптуры установили на мелководье, и для того, чтоб их увидеть, не обязательно одевать аквалангический костюм – сквозь стеклянные днища особых прогулочных яхт можно хорошо разглядеть подводную экспозицию, которая завораживает и пугает одновременно. 
Практически все, что изображает Тейлор – это люди в их повседневной жизни. И этот контраст будничности скульптур и необычности самой обстановки приковывает взор, кажется, что перед нами совсем неведомая форма жизни, современная затопленная Атлантида с чудом уцелевшими обитателями. Вода, сквозь которую скульптуры кажутся на четверть больше своего настоящего размера, придает всем этим существам иллюзию жизни, кажется, еще чуть-чуть – и они зашевелятся.
Со временем экспонаты подводной галереи становятся местом обитания коренных морских жителей, и посетители подводного музея могут наблюдать за процессами, постоянно происходящими в природе. Есть повод задуматься о ее уязвимости, о том, насколько ей нужна наша поддержка.
Одна из самых впечатляющих скульптурных групп Тейлора – «Риф Изящества». Шестнадцать барышень свободно расположились на морском дне. А вот велосипедист, стремительно мчащийся неизвестно куда… Тело Сиенны, героини рассказа Якоба Росса, сделано из прутьев, и между ними свободно плавают рыбы: так автор передает свое видение близости этой девушки-амфибии водной стихии. «Архив потерянных грез» создан из бутылок с записками, как будто написанными мореходами былых времен. «Тихая эволюция» – самая большая подводная коллекция искусства, она была установлена в ноябре 2010 года и состоит из 403 подводных людей в натуральный рост, стоящих рядом на бесплодном участке песка.
С 2006 по 2009 год Джейсон создал еще несколько менее масштабных проектов в разных точках земного шара: в реке возле замка XI века Чепстоу (Уэльс), в префектуре Ираклион на острове Крит. Его проекты охватывают и современные реалии, и, скажем, исторические рассказы племени майя.
Джейсон Тейлор. Фото: http://www.underwatersculpture.com/
В одном из интервью Джейсон Тейлор заметил по поводу своего творчества: «Коралл дает цвет. Рыбы – атмосферу. Вода – настроение. Люди спрашивают меня, когда я собираюсь закончить проект. Но все это – только начало».
Наталья Словаева

воскресенье, 7 августа 2011 г.

В конце будет танец


Премьеру фильма-исследования, фильма-оды немецкого режиссера Вима Вендерса о Пине Бауш, одном из самых радикальных хореографов планеты, ценители настоящего кино ждали давно. Ростов-на-Дону выпал из списка городов проката этого кинематографического посвящения, и, казалось, не было никаких шансов увидеть «Пина. Танец страсти» в 3D на большом экране в южной столице. Несправедливость удалось устранить самим ростовчанам, которые не только организовали один дружеский показ фильма в «Доме Кино», но и вдохновили кинотеатр еще на несколько сеансов «Пины».
Судьба показа фильма «Пина. Танец страсти» в Ростове решалась на просторах социальных сетей. Неугомонный медиахудожник Игорь Ваганов задал вопрос: «Неужели не увидим Пину?» Откликнулся ростовчанин Евгений Миронюк, который вначале предложил слетать в кино в Москву, а потом взял инициативу в свои руки и начал переговоры с кинотеатром «Дом Кино». Уже через несколько дней в южную столицу прибыл заветный волшебный чемоданчик с диском, и в результате совместных усилий юзеров «Facebook» и «ВКонтакте» пятого августа в зале был аншлаг.
Перед началом показа Женя Миронюк попытался организовать у кинотеатра какой-то флэшмоб или акцию, звучали разные идеи, но реализовать удалось только одну. Все вновь прибывающие киноманы получали лист А3 и маркер, и крупно, зачастую с трудом умещаясь на строке, писали одно слово на выбор из предложенного списка, а потом фотографировались со свежеиспеченным плакатом. Когда Женя сколлажировал снимки, все увидели, что «поддерживают» цитату из Вендерса: «До этого момента движения никогда не притягивали моего внимания. Я всегда воспринимал это как данное. Каждый только двигается. Все перемещается. Только через танцтеатр Пины я научился оценивать движения, жесты, позы, поведение, язык тела, и уважать их благодаря ее работе. Вим Вендерс о Пине Бауш».

Театр танца Пины Бауш
В оригинале фильм Вима Вендерса называется просто «Пина», а уточнение «Танец страсти», используемое в русском прокате для большей ясности, значительно сужает понимание творчества хореографа: ведь это танец и страсти, и свободы, и одиночества, и ускользающей красоты, и мимолетности жизни. За те годы, что Бауш проработала в театре «Вупперталь», ей удалось создать новую форму искусства, которую в наши дни называют не иначе как «театр танца Пины Бауш». В этом театре актеры танцуют, говорят, поют, смеются, плачут на сцене, на природе и в городах. Именно Вупперталь стал эпицентром революции в современном танце, и именно благодаря Бауш понятие «театр танца» стало самостоятельной единицей в арсенале современного искусства, интригующей множество хореографов по всему миру. Самой Пине Бауш довелось работать с настоящими мэтрами кинематографа: она снималась у Федерико Феллини в фильме «И корабль плывет...» и у Педро Альмодовара в фильме «Поговори с ней».
В «Пине» Вендерса мы видим почти два часа фрагментов из знаменитых постановок Бауш «Кафе Мюллер», «Весна священная», «Kontakthof», «Vollmond», перебитых документальными вставками, в которых участники труппы искренне рассказывают о том, кем Пина была лично для них. Вендерс снимал многих знаменитостей, но в «Пине», как и в «Токио-Га» о японском кинорежиссере Ясудзиро Одзу, зритель встречается с главным героем не лицом к лицу, а через его искусство и через его ускользающей след в глазах знавших его людей. Именно эта недостижимость, тень смерти, столкновение конечности жизни мастера и безмерности его творчества делают встречу настолько острой и драматичной.
«А они отвечали мне танцем…»
Вот как прокомментировал свою работу над картиной сам Вендерс: «Пина была наиболее изумительной женщиной, которую я видел в своей жизни. Ее искусство перевернуло мое сознание при первой же встрече. В первый же раз, когда я видел ее искусство, я плакал от начала до конца, я никогда не был свидетелем такой силы, такой степени и свободы эмоций. Я был просто отравлен ее искусством, я никогда не был так поглощен тем, что я видел на сцене или на экране. Я был физически вовлечен в ее постановки, я почувствовал себя другим человеком, когда увидел ее искусство. Я знал Пину двадцать пять лет, мы стали большими друзьями, и я уже давно задумал фильм о ней, и, наконец, я нашел способ перевести язык ее искусства на киноэкран. Для меня самым изумительным опытом, которому я научился благодаря Пине, стало то, как далеко мы можем уйти в самовыражении, не прибегая к помощи слов. Я верю, что слово выживет, но я думаю, что найдется и ему замена».   
Вим Вендерс и Пина Бауш
 Посмотрев концерт U2 в 3D, Вендерс пришел к выводу, что новая технология поможет ему передать сущность искусства Пины. Началась работа, но летом 2009 года хореограф скоропостижно скончалась, и только благодаря уговорам танцоров театра режиссер продолжил работу. «Сначала я хотел снять путешествие по миру с Пиной и ее танцорами, – рассказывает Вендерс. – Я бы показал, как она работает с ними – ее методы были уникальными. Когда она разрабатывала пьесу, то задавала вопросы своим танцорам, а отвечать просила не словами, а жестами. Но теперь мне пришлось искать замену Пине, а кто лучше знал ее, кроме участников труппы? Так что я задавал им вопросы, которые хотел задать ей. А они отвечали мне танцем».
Съемки...
Человек как катастрофа
Трудно сказать, какой эпизод фильма показался самым ярким. Может быть, это юноша, увлеченно танцующий на краю пропасти, может быть, девушка, привязанная грубой веревкой и превозмогающая ее натяжение. А может быть, это участница труппы Бауш, которая рассказывает о парне, которому Пина снится очень часто, и просит ее присниться ей хотя бы раз.
В постановках Пины захватывает энергия преодоления, боль, бесстрашие, с которым танцоры отдаются жизни и встречают экзистенциальные проблемы, сила чувств и честность перед самим собой. Это танцы о человеке на грани катастрофы, о человеке как катастрофе, раскрывающие нашу природу настолько глубоко и полно, что, кажется, сказать о ней больше нечего. И потому таким логичным и закономерным представляется вопрос, заданный Вендерсу на Берлинском кинофестивале: «В Библии сказано, что в начале было Слово. Вы верите, что в конце будет Танец?» Пина и сама отдавала себе отчет в том, что она делает, известен ее афоризм: «Меньше всего я интересуюсь тем, как люди двигаются, меня интересует, что ими движет».
Именно это и показывает нам Вим Вендерс, восхищенный и завороженный не меньше нас, творящий не дотошно выверенный исторический документ, но сильный и тревожащий романтический образ, выхватывая суть, решающие моменты в творчестве Пины и ключевые в воспоминаниях тех, чья судьба пересеклась с ее судьбой.
Игорь и Пина. Фото автора
Сам Вендерс как-то сказал: «Мою жизнь спас рок-н-ролл. Потому что это была музыка, благодаря которой я впервые почувствовал себя личностью, понял, что у меня было право наслаждаться, мечтать и что-то делать. Если бы не рок-н-ролл, я бы сейчас был адвокатом». И творчество Пины Бауш, и новый фильм Вима Вендерса – безусловно, именно то искусство, которое помогает почувствовать себя личностью. Об этом же и слоган фильма –  «Танцуем-танцуем, иначе мы потеряны» – как удержаться в этой пустоте, как найти себя и себя выразить.
Наталья СЛОВАЕВА
Коллаж Жени Миронюка





вторник, 2 августа 2011 г.

Ordo Rosarius Equilibrio: именем Розы

Далекий исландский вулкан Гримсвотн, очень не вовремя начавший дымить в конце мая, едва не лишил российских ценителей творчества шведского проекта Ordo Rosarius Equilibrio встречи со своими любимцами. Незадолго до приезда музыкантов в Швеции закрыли воздушное пространство, и стало ясно, что над туром нависла серьезная «дымовая завеса» – накануне в столице из-за этого проснувшегося великана уже сорвалась премьера постановки «Казановы» именитого Джона Малковича. Так тема Апокалипсиса, занимающая важное место в творчестве группы, едва не претворилась в жизни.

Триумф света: четырнадцать лет спустя

Сегодня Ordo Rosarius Equilibrio по праву считаются одной из лучших музыкальных групп в жанре «апокалиптик-фолк» в Европе и в мире. Свой звездный статус музыканты заслужили выступлениями на разнообразных престижных фестивалях, множеством вышедших альбомов, давно ставших классикой жанра. Долгожданный первый русский тур «Evil men have no songs» включал выступления только в трех городах – Екатеринбурге, Москве и Ростове-на-Дону. Именно Ростов стал завершающей страницей тура – неожиданное и интригующее решение, ведь как неоднократно отмечали сами артисты, ростовская публика особенная – завоевать ее трудно, но если завоюешь, то навсегда. Поэтому вдвойне приятно, что ростовский концерт не только не уступил столичному выступлению, но в чем-то даже стал насыщенней и интересней. Да и говоря о туре в целом, музыканты смогли почувствовать, что приехали в страну, где их любят и где они по-настоящему желанны.
После каждой композиции зал буквально взрывался аплодисментами, а создатель и лидер Ordo Rosarius Equilibrio Томас Петтерсон благодарил: «Thank you. You are wonderful». «And you are wonderful!» – кричали ему в ответ. Послушать выступление этого именитого шведского проекта в ростовском клубе «Подzемка» собрались не только ростовчане: на концерт приехали многочисленные гости из Краснодара, Волгограда, Анапы и других городов. Удивительное единение музыкантов со слушателями было магией всего вечера, что, как известно, происходит только на лучших концертах.

В России перебывало множество зарубежных групп, однако Ordo Rosarius Equilibrio, несмотря на неоднократные попытки, привезти не удавалось. Группа хотела работать только с людьми, по-настоящему любящими ее творчество. Организаторами первого русского тура выступили «Arcto Promo» при поддержке «Achtung Baby!». Хотя Оrdо Rosarius Equilibrio посетили нашу страну впервые, долгие годы мы связаны прочными узами дружбы с этим проектом и его творчеством. Их великолепный релиз 2003 года носил название «CCCP» и открывался гимном страны Советов. А одно из своих ранних интервью восходящие звезды ныне признанного шведского лейбла «Cold Meat Industry» дали российским любителям музыки еще в марте 1997 года. Интервью делалось больше месяца и заняло свыше ста двадцати страниц, из которых было отобрано и опубликовано лучшее. Это интервью и легло в основу многолетней дружбы Томаса и «Achtung Baby!» (а значит, и Ростова). И теперь в каком-то смысле круг замкнулся: наконец-то встретились люди, которые были давно хорошо знакомы заочно, и поделились друг с другом своим искусством – ростовчане представили перед выступлением свой видео-блок, шведские гости – свою удивительную музыку.

Равновесие роз и совершенства

Что мы, в сущности, знаем о Швеции и о шведах? Что их бил царь Петр под Полтавой, и что визитная карточка Швеции – это ABBA, Volvo и IKEA. Еще вспоминаются «шведский стол», викинги и сексуальная революция 70-х. В общем, знак качества сытой и благополучной с виду страны. Ordo Rosarius Equilibrio показали нам совсем иную Швецию, со всем ее драматизмом, глубиной и катарсисом.

Их цвета – черный, белый и алый. Цвета жизни, смерти и любви. В глазах многочисленной армии поклонников Ordo Rosarius Equilibrio – изысканные перфекционисты. И этот перфекционизм сквозит во всем: от безукоризненного звучания записей группы и завораживающего видео одаренного итальянского режиссера Карло Роберти (кадр из клипа которого, кстати, лег в основу красочной афиши тура) до мистического очарования текстов песен и визуального обрамления театрально-драматических выступлений.
В переводе с латыни «equilibrium» значит равновесие. Эстетическое видение Ordo Rosarius Equilibrio складывается из неделимого духовного и интеллектуального родства между светлым и темным, жизнью и смертью, мужчиной и женщиной, любовью и ненавистью, красотой и пороком. Тексты Петтерсона – о любви с летальным исходом, о боли и наслаждении. Каждый символ, каждая деталь здесь неслучайны, и в то же время подлинное значение песен Ordo Rosarius Equilibrio всегда остается где-то между строк. Их творчество – это органичная барочная смесь из пафоса и порой нарочитой аристократичности, витиеватости и меланхолии, агрессии и тонкого эротизма. Под грохочущие синтезаторные хоры и рокот барабанов музыканты слагают свои доктрины и гимны.
Первую песню своего выступления в Ростове Томас посвятил Роз-Мари Ларсен, своей Музе и спутнице по проекту. Роз-Мари не смогла приехать в Россию, хотя мечтала об этом с пятнадцати лет – в далекой Швеции заболел их маленький сын. Несмотря на неполный состав группы, Томас и гитарист Ронни Бэк отыграли концерт блестяще. А после выхода на бис, немного отдохнув и раздав автографы, сыграли еще несколько песен на акустической гитаре, устроив маленький праздник для души и на радость собравшимся. После выступления Томас Петтерсон охотно поделился с нами своими мыслями.

Кто целует твой Апокалипсис?

– «У злых людей нет песен»… Томас, почему в качестве названия тура вы выбрали именно этот афоризм Ницше с неоднозначным продолжением: «Но ведь у русских есть песни»?
– Мы решили взять это утверждение как раз потому, что оно связано с Россией. Россия не злая, она фантастическая. Мы узнали здесь много прекрасных людей. Хотя и у злых людей есть песни. Ницше ошибался.
– Ваша музыка дарит ощущение свободы. Как вы понимаете свободу?
– Я думаю, что свобода, о которой обычно говорят, – это иллюзия. Настоящая свобода – это свобода духа и свобода разума. Каждый может ее обрести. Мы не свободны в буквальном смысле слова, мы не можем всегда делать все, что мы захотим. Какие-то наши мечты неосуществимы, ведь есть семья, мир, общество, страна. Подлинная свобода создается нами самими, это способ мышления.
– Что для вас значит Апокалипсис как один из концептов вашего творчества?
– Апокалипсис, по сути, это изменение. Некоторые люди ждут конца света по факту, о котором напишут в газетах: «Апокалипсис начался!». Но это процесс, который всегда был и никогда не закончится. Я думаю, что духовный Апокалипсис происходит постоянно, потому что мы постоянно меняемся. Апокалипсис, как я его вижу, это метафизический феномен: нации появляются и исчезают, империи рождаются и угасают…
– Поделитесь каким-нибудь детским воспоминанием.
– Я был очень впечатлен, когда у меня появился мой первый велосипед, маленький, с большими колесами. Правда, когда я отправился в свое первое путешествие, я сразу врезался в персиковое дерево, и велосипеда не стало.
– Вы можете назвать самый счастливый момент своей жизни?
– Это было, когда у меня родился сын. Может это звучит банально, но это на самом деле так. Я был настолько изумлен, когда впервые взял его на руки, что неожиданно разрыдался.
– Насколько ваши ожидания от пребывания в России совпали с действительностью?
– Я на самом деле не знал, чего ожидать, ведь наши ожидания основываются на предрассудках. То, с чем мы здесь столкнулись, значительно отличается от того, что пишут в наших газетах и показывают по телевидению. Если верить газетам, то Россия лишь стремиться стать важной частью Европы, рвется к мировому господству и т.п., но все это ложь. Россия очень красивая страна и люди здесь удивительные. И в следующем году нам очень хочется приехать к вам вновь.
Наталья СЛОВАЕВА
Игорь ВАГАНОВ
Фото авторов
Афиши Игоря Ваганова

суббота, 25 июня 2011 г.

"Беззастенчивая карта" в колоде авангарда



«Эта беззастенчивая карта... напоминает скорее лечебницу для душевнобольных, чем выставку художественных произведений» – так газеты начала ХХ века определили открытую художником Михаилом Ларионовым и его соратниками выставку под названием «Бубновый валет». Сегодня полотна бунтарей от живописи стали культовыми, и в Ростовском областном музее краеведения открылась экспозиция «Классики русского авангарда», посвященная столетию самого знаменитого объединения авангардного движения России.
Фрагмент афиши первой выставки объединения "Бубновый валет"
Воля к новому
Этот масштабный выставочный проект стал возможным благодаря сотрудничеству с Таганрогским художественным музеем, предоставившим уникальные полотна авангардистов из своей коллекции и еще раз подтвердившим статус лучшего художественного музея юга России. Заместитель директора Ростовского музея краеведения Ольга Васильевна Литвиненко заметила, что гордится тем, что может принять эту выставку у себя, и что оба островка культуры связывают крепкие узы не только профессиональные, но и дружеские.
По словам директора таганрогского музея Тамары Федоровны Пугач, впервые в рамках одного выставочного проекта охватываются все прошедшие этапы знаменитого направления, от собственно «бубновалетцев» (Владимир Бурлюк, Петр Кончаловский, Аристарх Лентулов, Роберт Фальк) через эпоху «коллективной мечты» (Александр Осмеркин, Александр Лабас, Юрий Пименов, Георгий Нисский) к художникам-авангардистам русского зарубежья (Вячеслав Илачинский). 
Александр Куприн. Натюрморт с белой садовой вазой и фиолетовой папкой, 1921. Из коллекции Таганрогского художественного музея
Как отмечают искусствоведы, всех участников объединения «Бубновый валет» главным образом отличала общая воля к «новому искусству» и неприязнь к консервативным традициям. Художественный облик «Бубнового валета» в основном определяли живописцы, считавшие себя последователями Поля Сезанна, в картинах которого их привлекала глубинная энергия цвета и пространства. Наиболее характерные из них стремились выявить первозданную «вещность» мира, подчеркивая пластические, фактурные свойства цвета, момент красочной лепки форм. Материальная и как бы «плотская» стихия их произведений иной раз не исключала и острого психологизма.

Будь ярче!
Открытие выставки несколько затянулось – целых полтора часа вместо предполагаемого часа. Под конец особенно долго выступал один хороший дедушка, но то ли диктофон фонил, то ли дикция была несовершенна – разобрать что-то членораздельное в этом словесном потоке было почти невозможно. Зато ребята из Архитектурного института (ИАрхИ ЮФУ) сделали праздник запоминающимся и ярким. Одни из них встречали гостей в полной боевой раскраске, а-ля боди-арт в авангардном стиле, другие рисовали портреты всех желающих. Добавлял живости действу Иван Мельник, поэт из Таганрога, который декламировал стихи Владимира Маяковского и свои собственные. И пусть пятна краски, смешиваясь на коже, порой превращали рисунок в «кули-мули», зато цвета были яркими, лица счастливыми, и эта необузданность и хаотичность привлекали и радовали. Идейным вдохновителем хэппенинга была Ольга Павловна Медведева, преподаватель Архитектурного института. 
Ведущая робко предложила проголосовать собравшимся за лучшую модель, но ее никто не поддержал. Что ж, мы со своей стороны все же хотим отдать свой голос, и самой-самой считаем девушку Тину Петровскую, раскрашенную с ног до головы и в конце шоу перевернувшую себе на голову ведро с разведенной краской. Считаем так не только потому, что Тина обладает прекрасными внешними данными – именно она создавала и поддерживала атмосферу всей этой «бесиловки», пытаясь сделать жизнь яркой не только на теле, но и на деле. У некоторых барышень, например, были аккуратно раскрашены только лица, но этот компромисс не смотрелся, потому что не чувствовалось ни самоотдачи, ни эпатажа, который, по словам участников, был целью события. Это как если б Маяковский в стихотворении «Вам!» написал не «Я лучше в баре блядям буду подавать ананасную воду!», а «Я предпочту угощать безалкогольными напитками девушек легкого поведения в учреждении общепита». Мне вспомнилась моя любимая модель Верушка, которая делала сногсшибательные проекты и воспринимала свое тело как материал для творчества, только и всего.

Привет с орбиты
Остается сказать еще об одном маленьком, но органично вписавшимся в экспозицию «экспонате», предоставленном молодыми художницами из Таганрога Викторией Барвенко и Светланой Песецкой (арт-группа «Белка и Стрелка»). Странные серебристые существа, похожие одновременно на собачек-космонавток или инопланетян в шапке-ушанке, оказались авторскими костюмами, в которых девушки впервые появились с перформансом «НА шествие» на Дне Города в Таганроге. Художницы обратили внимание на то, что на подобные гулянья народ обычно одевает «все лучшее разу», вот и приготовили себе костюмчики в духе enfant terrible французской моды, эксцентричного постмодернистского дизайнера и модельера Жан-Поля Готье – памятуя о его костюмах с конусами для поп-дивы Мадонны. Вике и Свете хотелось показать в утрированной форме всю красоту и блеск своего сияния, в костюмах было много серебра, конусов, стильные очечки, позже костюмы были доработаны красным и синим скотчем.
"Белка и Стрелка" - костюмы а-ля Готье
На выставку «Классики русского авангарда» «Белку и Стрелку» пригласила сотрудник Таганрогского художественного музея куратор Людмила Александровна Казакова, и звездные подружки, помимо костюмов, сделали еще три растяжки с лозунгами вроде «Время, вперед!» – черную, белую и красную, которые разнообразили музейное пространство. «В свое время «Бубновый валет» делал акции для посетителей, и им это было непонятно, – рассказывает Светлана Песецкая. – Когда мы впервые вышли в своих костюмах, получили то же изумление от публики. И неважно, что прошло сто лет, народ до сих пор почему-то удивляется смелым художественным жестам – хотя двадцать первый век на дворе». А Виктория Барвенко добавила, что перформанс «НА шествие», как и выставка инсталляций художниц «Город у моря», является продолжением поиска нетрадиционных выставочных пространств в городской среде: «Очевидно, что нелегальное положение современного искусства в провинции усугубляется отсутствием кадров, профессиональной среды и контекста, так что его всегда приходится оправдывать и защищать, отстаивать его право на существование. Нам был важен как раз таки исследовательский импульс художников относительно нового типа публичного пространства. С одной стороны, арт-сообщество «размыкается» навстречу зрителю, с другой стороны, зритель удовлетворяет свои познавательные и коммуникативные потребности. Перформативность жеста «НА шествие» заключается в неслучайном моделировании «футуристической» ситуации с использованием элементов образного языка Готье. Тема моды – поле битвы со стереотипами. Язык – универсальность материалов городской среды, понятен практически каждому городскому жителю».

На выставке «Классики русского авангарда» в Ростове «Белка и Стрелка» в своих костюмах не шествовали, посчитав, что повторять самих себя – не comme il faut. Зато костюмчики подписали: «Творец данного шедевра уже ушел, отрекшись от творенья». Этот «шедевр», как и все остальные, можно увидеть в музее краеведения до конца августа.

Наталья СЛОВАЕВА
Фото автора